Квартал людской знати ==>

Максимилиану потребовалось около часа, чтобы добраться до загородного поместья. И снова - никаких признаков прошедшего времени. А вот ворота... никто не озаботился их запереть. Даже то, что он должен был скоро приехать - не повод для подобной безответственности. Привратника тоже поблизости не оказалось. С гримасой недовольства рыцарь закрыл ворота на засов, и уже пешим направился ко входу в главное здание, ведя коня в поводу. Ласково светило солнце, дул легкий ветерок - идиллия, будто бы сошедшая с какого-нибудь пасторального пейзажа.
У входа в здание также не оказалось ни одного слуги. Максимилиан отпустил коня - раз такие растяпы, то пусть потом ловят - и вошел внутрь. Ощущение было таким же, как в  городском особняке Регинрейвов. Но если там смерть будто бы следила из темных углов комнат и коридоров, скалилась из-за мебели в пустых комнатах - здесь она придвинулась, скользя за неосторожным, рискнувшим переступить порог. Она была везде - но всякий раз ускользала от взгляда. Тишина закрытого гроба - храмовник продолжал идти сквозь здание, заглядывая в комнаты по пути. На первом этаже никого не было - пришлось вернуться в холл и оттуда подняться на второй - он же верхний - этаж. - Очень смешно - ни единого человека в огромном доме - если это розыгрыш, затеянный братом и сестрой... - Но в подобное не верилось. Дальняя комната для приема гостей была впереди, отделенная двумя массивными дверями, изукрашенными изображениями белых драконов, и длинным коридором, отделенным еще одними дверями. Рыцарь распахнул их - ноздри наполнил запах крови. Весь коридор был завален трупами - слуги и служанки, похоже все, кто находились в здании, сейчас лежали на пути храмовника - до самой гостевой комнаты.
Регинрейв шагал также,  как прежде - только теперь пришлось переуступать через распростертые тела. Из помещения впереди не доносилось ни звука. Значит, сотворившие все это уже ушли - или затаились, ожидая новую жертву.
Двери неспешно раскрылись от легкого толчка - рыцарь стоял на пороге, озирая помещение. И первым, что бросилось в глаза, была женщина, застывшая на стуле перед балконом, с петлей вокруг горла, привязанной к крюку на потолке. Рядом с готовой к повешению стояли двое в типично-ассассинских черных плащах с длинными капюшонами, которым самое место в басне какого-нибудь враля.
Они атаковали с двух сторон - но кто бы ни были эти типы, убивать они умели разве что безоружных. Аркадия черно-серебрянным росчерком, перерубив тело первого - второго постигла та же участь. Остальные набросились на храмовника со всех сторон. - Мусор - мимолетная мысль, а черный клинок скользил среди наступающих, высекая кровавые искры, заставляя ассассинов одного за другим валиться на пол. Последний попробовал ускользнуть - рыцарь оглушил его рукояткой меча и оставил валяться около входа.
- Сестра? - зашедший сбоку Максимилиан поднял взгляд.
Перед ним висела кукла.
Рыцарь несколько долгих секунд смотрел на нечто среднее между огромной игрушкой и марионеткой. Во всяком случае, со спины кукла выглядела в точности, как живой человек. Да и ноги ее были с твердыми подошвами, создавая имитацию, будто игрушка стоит на стуле. Храмовник перебил веревку и опустил куклу, разглядывая лицо с глазами-пуговками и разрезом зашитого рта. Ничего особенного - кукла как кукла. Вопрос - зачем было изображатьс ней повешение? Рассчитывали изобразить из нее заложницу, ввести рыцаря в замешательство, прикончить, пока хлопает глазами. - Хотя если учитывать уровень их подготовки. - Максимилиан бросил куклу на диван и собрался заняться осмотром тел - когда заметил странность. Кровь, вытекавшая из тел убийц медленно ползла к нему. Или нет - к кукле. Алые ручейки медленно стягивались к безвольному телу, достигли упавшей руки - и начали впитываться. В тоже мгновение кукла встала.
Чуть пошатавшись, как после обильной попойки, игрушка наконец выпрямилась. Глаза-пуговицы теперь смотрели на рыцаря.
- Ре-гин-...рейв. - дрожащая рука поднялась и затряслась, пытаясь указать на полуэльфа. - Ре-гин-...рЕЙв! - на последнем слоге швы на ротовом отверстии лопнули и кукла исторгла поток червей, с глухим стуком попадавших на пол.
- Демон - Максимилиан произнес это без всяких чувств, как будто подобное случалось с ним регулярно. - Тебя направили передать послание - или ты за моей головой?
- Голова... руки...ноги... внутренности... Дай мне все! - кукла шаталась туда-сюда - Дай мне каждый кусок твоей плоти, дабы я могла насладиться твоими криками!
- Банально. Кто твой хозяин и зачем он послал тебя? Зачем было нужно это отребье - я уже понял.
Кукла выпрямилась - теперь было, похоже, будто кто-то натянул нити марионетки, заставив ее держаться в одном положении. - ТрУПАм - очередной ком червей, стремительно почерневших и издохших на полу - такие вещи не нужНЫ! Я убью тебя и буду свободна - а поТОм... и своего хозяина.
- Значит, это он. - Аркадия нацелилась на тварь. - Что стало с моими братом и сестрой?
- ПоИЩЕшь их... в ином мире. - кукла резко сорвалась с места - из ее непропорционально длинных рук вытянулись кинжалы-когти, встроенные создателем игрушки. Нет, тела демона, в котором его удерживала печать.
Максимилиан отступил на два шага, блокируя атаку куклы. Та запрокинула голову и плюнула еще одним комком - прямо в лицо противнику. Храмовник уклонился влево  - и тотчас тварь возобновила натиск, попеременно нанося удары лапами. Рыцарь отступал - а потоки крови продолжали течь к чудовищу, с каждой новой каплей становившемуся все быстрее и сильнее. Неожиданно левая нога чудовища взметнулась - рыцаря отбросило к стене ударом, несмотря на вес брони. Монстр ринулся вперед - правая лапа скользнула когтями по лицу воина Храма, оставив кровавые борозды, левая ударила рядом с виском - сила была такой, что по стене поползли трещины.
- Конец, мальчик. Будь паинькой и кушайся с удовольствием. - Кукла откинула голову - рот распахнулся во всю ширь, разрывая ткань "лица". Черное с серебром лезвие выскользнуло сбоку - клинок наискось рассек рот твари.
Тварь завизжала, из разваленной головы падали все новые черви, немедленно дохшие на полу. Максимилиан успел пригнуть голову, избежав удара когтистой лапы и сам атаковал. На этот раз правая рука чудовища улетела на диван, а заточенный демон завыл еще пуще. Тварь отступала, размахивая целой левой и обрубком правой, откуда продолжали сыпаться трупоеды. Но и это не остановило куклу - та вытянула руку, и без того несоразмерную, на невообразимую длину, обмотав рыцаря аки удав. И так же искореженная башка попыталась заглотить храмовника, когда сзади что-то мелькнуло. Вторая рука твари упала на пол, а тело куклы, шатающееся и дергающее обрубками завалилось на спину. Серебряный росчерк - и ноги чудовища укоротились до колен. Еще один - и то, что еще оставалось, распалось на две аккуратные половины. Остались только хриплое дыхание Максимилиана, скрежет брони... и звук шагов нового гостя.
- Я как раз успел к концу представления. - лицо сэра Мендона не выражало абсолютно никаких эмоций. - Я ожидал от вас большего, брат. То, что подобное отродье смогло загнать вас в угол...
- Это просто была неожиданность - Максимилиан с тоской посмотрел на все еще стоявший на своем месте стул. - Мои брат и сестра исчезли, нужно немедленно отправиться на поиски.
- Трупы уже лежат не первый час - сэр Мендон с тенью пренебрежения на лице поднял одного из червей, фыркнул и бросил обратно. - Могу сказать, что вам повезло - эти твари ядовиты. Когда дохнут - выделяют яд. Большой энтузиаст тот, кто сделал подобного убийцу, да еще начинил его смертью.
- Вам лучше знать - Регинрейв быстро прошелся по комнате, тщась найти хоть какое-нибудь указание, оставленное братом или сестрой.
- Бесполезно - Мендон уже выходил - то, что здесь ничего нет, кроме возможного текста вашей эпитафии - столь очевидно, что даже человеку должно быть понятно.
Несмотря на слова храмовника, Максимилиан потратил еще несколько минут на обыск - но ничего не нашел.
Сэр Мендон стоял перед парадным входом. Эльф что-то шептал своему белому скакуну, подняв на вышедшего рыцаря равнодушный взгляд золотистых глаз.
Сэр Мендон был эльфом. Его имя, столь нетипичное для Перворожденного было всего лишь сокращением - будучи потомком древнего рода, едва ли не времен основания мира, сэр Мендон снискал репутацию одного из первых мечей Ордена - если не первого. Будучи типичным одиночкой, он пренебрежительно-холодно встречал любого, искавшего его дружбы. Один за другим, рыцари оставили бесполезные попытки, решив предоставить товарища самому себе. То, что Мендон заехал в гости...
- Сегодня были убиты сэр Дункан и сэр Ольвэр - оба включены в состав группы, направляемой на материк. Я отправился в ваш дом в городе, но вы уже уехали. К счастью, Эстельлайзе нет равных в скорости. Мне удалось успеть. - выражение лица не изменилось ни на йоту, голос ни дрогнул. - Максимилиан почувствовал якобы забытую зависть к образцу рыцарства, которому прозвище "Ледяной" пошло бы куда как больше.
- Как они погибли?
- Не знаю - не было времени спрашивать о деталях. Но вряд ли это было что-то, с чем мне не удалось бы справиться.
- Надо полагать, в поисках моих родственников на вашу помощь мне рассчитывать не стоит?
Сэр Мендон только теперь повернулся к товарищу - Мы едем в штаб-квартиру. Любые другие действия я не могу допустить. Не вынуждайте меня отбирать ваш меч, брат и обращаться, словно с сопливым ребенком.
На этом разговор закончился.
Максимилан уже сев в седло, понял, что ему казалось неправильным в происходящем - до самого последнего момента он считал происходящее сном. Слишком долго мир сражений рядом с братьями - и тот, в котором жили члены его дома были двумя непересекающимися осколками реальности, неспособными сойтись. А теперь...
Двое храмовников покинули поместье Регинрейвов, пустое и мертвое.

==> Азалир.